Репрессии

Репрессии 1932—1933 гг. оставили далеко позади репрессии 1930—1931 гг. Согласно официальным сообщениям от 2 мая 1932 г., в первые 4 месяца было арестовано 80 тыс. человек. К концу марта 1933 г., согласно докладу на нелегальной сессии Конгресса в Калькутте в апреле 1933 г., число арестованных достигло 120 тыс. человек. Некоторые данные о сопровождавших аресты жестокостях, массовых насилиях, расстрелах, избиениях, карательных экспедициях, коллективных штрафах, накладываемых на деревни, захвате земель и имущества крестьян и т. п. можно найти в докладе делегации «Индийской лиги» под названием «Обстановка в Индии», изданном в 1933 г.

Правительство рассчитывало закончить борьбу в течение 6 недель. Однако подъем национального движения был таков, что борьба, несмотря на неблагоприятные для него условия, тянулась 29 месяцев до окончательной капитуляции. Но эта борьба велась одними солдатами, не имевшими стратегического руководства. В условиях нелегальности и яростных репрессий задача руководства движением была и так достаточно трудна. Но она была еще более осложнена действиями Ганди и других лидеров, которые не только отказались от руководства, но и вообще отрицали его. Было издано распоряжение, запрещающее всякую конспиративность как нарушение принципов Конгресса! Была принята резолюция с обращением к земиндарам, в которой они заверялись, что Конгресс не санкционирует никакой кампании, направленной против их интересов. Летом 1932 г. Ганди отказался ог всякого учасшя в национальной борьбе и посвятил себя задаче защиты хари — джанов, т — е. «неприкасаемых». Его драматическая «смертельная голодовка» в сентябре 1932 г. была направлена не против репрессий и не в защиту какой-либо цели национально-освободительного движзния в его смертельной схватке с империализмом, а на отмену схемы раздельного представительства для «низших классов». Однако Ганди не достиг своей цели. Он добился всего лишь указа, по которому число мест, зарезервированных для «низших классов», было удвоено. Весь этот эпизод послужил для того, чтобы отвлечь внимание масс от национальной борьбы,, вождем которой он все еще считался.