Неограниченное количество
В Калькутте цена на рис, которая в январе 1942 г. составляла 6 рупий за маунд, увеличилась в ноябре 1942 г. до 11 рупий, в феврале — апреле 1943 г.— до 24 рупий, а в мае —до 30 рупий, в июле — до 3d рупий, в августе — до 38 рупий, а в октябре — до 40 рупий. Рис можно было достать в течение всего периода голода в неограниченном количестве, но только по 100 рупий за маунд. Крупные торговцы в результате продажи товаров на «черном рынке» во время голода получили огромные прибыли в размере 1,5 млрд. рупий. Прежде всего пострадали 75% крестьянских семей Бенгалии, которые владели землей площадью меньше чем в 2 га и поэтому не могли обеспечить себя продовольствием. К маю 1943 г. эти 75% крестьянских семей не имели никаких запасов риса: «запасы продовольствия находились в руках спекулянтов, правительственных агентов и фабрикантов». Голод сначала ударил по беднейшей части крестьянства, и затем его влияние постепенно распространилось на среднее крестьянство. Чем беднее крестьянин, тем раньше он вынужден был продать свой участок, после чего оставался без средств и должен был умереть от голода. В отчете по обследованию, проведенному профессором П. Ч. Махаланобис и другими сотрудниками Индийского статистического института, указывается:
«Степень влияния голода на различные категории населения примерно соответствовала размерам засеянного рисом участка, находившегося в распоряжении
Семьи до голода». Результатом этого голода было дальнейшее обеднение крестьянства и усиление концентрации земли в руках богатых помещиков и ростовщиков. Согласно этому обследованию, почти 1590 тыс. семей в течение одного голодного года, с апреля 1943 г. до апреля 1944 г., продали полностью или частично, либо отдали под заклад свои рисовые поля. Из этого количества 260 тыс. семей полностью лишились своих участков и были, следовательно, низведены до состояния безземельных батраков; 660 тыс. семей частично продали свою землю, и 670 тыс. отдали свои рисовые поля под заклад.
Даже при существовании законодательства о возврате земли только около 1% крестьян, потерявших во время голода свою землю, смогли получить ее обратно».