Критический момент

В этот критический момент, когда впереди назревали новые большие события, в обстановке более напряженной, чем 10 лет тому назад, лидеры правого крыла Конгресса снова обратились к Ганди, которого они прежде отстранили. Звезда Ганди начала снова восходить. На сессии Конгресса в Калькутте в 1928 г. Ганди вновь вернулся к активному руководству Конгрессом. Каково бы ни было отношение умеренных лидеров к его личным взглядам и теориям, никто из них не сомневался в том, что он был самым умным и опытным политиком старшего поколения, обладавшим ни с чем не сравнимым авторитетом среди масс. Мировое общественное мнение считало Ганди самой выдающейся фигурой Индии. Ганди считался аскетическим защитником нищеты во имя самых религиознейших и идеалистических принципов смирения и любви к бедности; непобедимым казуистом в области метафизики и теологии, который может оправдать и примирить все на свете при помощи поразительного сплетения объяснений и аргументов, которые у обыкновенного человека были бы названы бессовестными увертками, но у «великих мира сего»г вроде Ганди, считаются высшей формой философской аргументации; Ганди считался пророком, который благодаря своей «личной святости» и «самоотверженности» имеет доступ к сердцам масс, куда обыкновенный буржуазный лидер никогда не сможет проникнуть. И в то же время Ганди был лучшей гарантией гибели любого массового движения, которое попадало под его руководство. Этот Иона революции, этот генерал непрерывных поражений был талисманом буржуазии при каждом новом подъеме борьбы индийского народа. Итак, снова проявилась характерная черта современной индийской политики, неписаная статья каждой очередной индийской конституции — незаменимость Ганди. Индийскаябуржуазия и английские империалисты возлагали все овои надежды на Ганди, как на человека, который может управлять приливами и отливами движения, который может дать волю массовому движению ровно настолько, насколько это необходимо для успешной сделки с империализмом, и в то же самое время спасти Индию от революции.