Ручная промышленность

Тем не менее эта полумера основывается на приспособлении к недостаткам существующей искаженной индийской экономики вместо того, чтобы изжить их. Она является искусственной попыткой оживления ручной промышленности и не имеет никакого будущего. «Кади», материя ручного производства, не может соревноваться в цене с фабричной тканью, и поэтому она вне пределов достижимого для беднейшего населения. В своей газете «Хариджан» от 19 ноября 1938 г. Ганди жаловался, что статья о «кади» в уставе Конгресса «больше уважается, чем соблюдается», и призывал своих соотечественников «носить кади, хотя она может быть и не так мягка и элегантна по виду, как иностранные материи, и не так дешева». Первая трудность может быть преодолена патриотическими призывами; вторая трудность является решающей для индийских масс при их теперешнем доходе. Совершенно очевидно, что в такой стране отчаянной нищеты, как Индия, прежде всего требуются не более трудоемкие и примитивные методы производства с низким уровнем производительности, а самая современная техника и оборудование для обеспечения самого большого и быстрого увеличения производства с целью преодоления этой нищеты. Характерно, что в своих более поздних заявлениях Ганди изменил свое отношение к машинам и пытался доказать в одной из своих статей о деревенской промышленности, помещенной в газете «Хариджан», что «механизация хороша, когда нехватает рук для работы. Но это — зло, когда имеется больше рабочих рук, чем требуется для работы, как в Индии». Реакционная теория, лежащая в основе этого аргумента, очевидна.

Пропаганда примитивной экономики как решения проблемы Индии реакционна не только потому, что она заставляет искать решения в противоположном направлении, чем следует, но и потому, что она способствует отвлечению крестьянства и всего народа от основных социальных задач, стоящих перед ними. Развитие сельского хозяйства невозможно без решения проблемы землевладения, уничтожения помещичьего строя и передела земли. Идеалисты и поклонники исчезнувшей сельской общины скатываются к защите системы помещичьего землевладения. Ганди в своем знаменитом интервью с зе — миндарами Соединенных провинций, которые посетили его в Канпуре в 1934 г. в страхе перед угрозой социализма, заверил их, что «лучшие отношения между помещиками и арендаторами могут быть достигнуты доброжелательством с обеих сторон». Он «никогда не был расположен в пользу отмены талукдарской или земин — да рекой системы».

Он продолжал:

«Я никогда не буду участвовать в лишении собственнических классов их частной собственнос! И без справедливой причины. Моя цель заключается в том, чтобы убедить вас и направить вас на такой путь, чтобы вы владели своей частной собственностью, пользуясь доверием арендаторов, и использовали ее, главным образом, для их благосостояния… Рамараджья —моя мечта —предполагает равные права для князя и бедняка. Вы можете быть уверены, что я употреблю всю силу своего влияния для предотвращения классовой войны… В том случае, если будет сделана попытка несправедливо лишить вас вашей собственности, я буду бороться на вашей стороне… Наш социализм или коммунизм должен быть основан на ненасилии и на гармоническом сотрудничестве труда с капиталом, помещика с крестьянином».

Мы уже имели случай отметить аналогичную защиту со стороны Ганди промышленных капиталистов и его оппозицию к рабочим организациям, основанным на классовой борьбе.